Шанкс: — Стоишь на берегу и чувствуешь солёный запах ветра, что веет с моря. И веришь, что свободен ты, и жизнь лишь началась. И губы жжёт подруги поцелуй, пропитанный слезой…
Багги: — Я не был на Рафтеле…
Шанкс: — Ладно, не заливай! Ни разу не был на Рафтеле?
Багги: — Не довелось. Не был.
Шанкс: — Уже постучались на Мариджоа, накачались ромом, буквально проводили себя в последний бой… А ты Ван Писа-то не видел…
Багги: — Не успел. Не вышло.
Шанкс: — Не знал, что в Команде Роджера никуда без этого? Пойми, на небесах в команде Короля Пиратов только и говорят, что о Ван Писе. Как он бесконечно прекрасен… О закате эпохи, которую они видели, и начале новой… О том, как солнце, погружаясь в волны, стало алым как кровь. И почувствовали, что море впитало энергию светила в себя, и солнце было укрощено, и огонь уже догорал в глубине. Как умирающие уста наполнили души людей мечтой. И как ринулись они за ней, породив рассвет нового мира. А ты?.. Что ты Роджеру-сану скажешь? Ведь ты ни разу не был на Рафтеле. Там наверху, они окрестят тебя лохом…
.
.
.
Михоук: — Я слышал о вас, из новостей. Слышал, в чём ваша беда. У вас есть планы?
Шанкс: — Да... Мы собирались на Рафтель.
Багги: — Ван Пис не видели.
Михоук: — Не видели, никогда?.. Так поспешите. У вас мало времени... На небе только и разговоров, что о Рафтеле и о Ван Писе. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром материнского пламени, как он тает в волнах, и еле видимый свет, словно от свечи, горит где–то в глубине.
.
.
.
Шанкс: — Багги... Я... я никог...
Багги: — Знаю... Бояться глупо.
Голосование