В отличие от главного здания Кайдорийского Отдела, корпус Отдела Нравов являл собой своеобразную оду новейшему конструктивизму: впитывающие свет панорамные окна из вантаблэка во всю стену, острые углы и нависающие объёмы.
– Соберись, Инспектор. Не каждый день честный офицер посещает такие места.
– А чё? Выглядит как типичный офисный муравейник в Старом Верхнем Уровне.
– Судишь книгу по обложке? Нелестная черта. Пора взрослеть, Сэпи, – ощерился Хоммиус. – Скажем так… В Отделе Нравов царит особенная атмосфера.
Офицеры прошли через автоматические раздвижные стеклянные двери. Они вступили в длинный коридор с тускло горящими хрустальными люстрами. На его гранитных стенах были изображены центральные вехи нравственных дилемм человечества: от Змия-искусителя до создания искусственного интеллекта. Дойдя до конца коридора, офицеры остановились перед тремя кажущимися одинаковыми дверьми из красного дерева. Первая покосилась и будто уцелела в пожаре, вторая была богато украшена абстрактными вензелями из серебра, а третья, лишённая любых отличительных черт, буквально источала благостную ауру, схожую с аурой Капеллана.
Детектив уверенно открыл вторую дверь. Из-за неё повеяло ароматом вечерних духов, дорогих сигар и кулуарных интриг.
– Пора познакомиться с Отделом Нравов, Сэпи, – Хома всем своим видом приглашал Инспектора войти первым.
***
Сладкое тепло захлестнуло Сэпифро. По роскошному асимметричному многоярусному помещению, испещренному постоянно меняющими положение винтовыми лестницами, разносилась ритмичная музыка. За множеством приземистых столиков на велюровых диванах сидели люди: офицеры разнообразных рангов и их визави, явно не имевшие отношения к органам правопорядка, потягивали горячительные напитки из заполненных до краёв бокалов и обсуждали что-то вполголоса, тут и там сновали вызывающе одетые девицы, принимая заказы и сальные взгляды, а из самого тёмного и укромного угла доносились недвусмысленные звуки.
– Нихуя себе, – Сэпи в благоговейном оцепенении раскрыл рот.
Из густых клубов дыма выплыла молодая женщина. Длинные чёрные волосы с красными прядями лежали на красивых мускулистых плечах, с которых ниспадало атласное бордовое платье, подчёркивающее соблазнительные изгибы прекрасно сложенного тела.
– Офицеры, добро пожаловать в Отдел Нравов. Вам назначено? – пока она говорила, её руки плавно и неуловимо бегали по складкам пальто Детектива.
– Нет, мы по срочному делу прямиком с утреннего собрания, – Хоммиус вежливо отстранился.
– Ох, до нас уже донеслись слухи, что случилось нечто серьёзное. Лейтенант освободится в скором времени. Подождите здесь, – девушка проводила Сэпи и Хому к дальнему столу. – Если что-то понадобится, позовите одну из рядовых. Мне пора на задание. Передайте благодарность Кадету Танчику. Шоколадка с орехами была очень вкусной!
Покраснев после этих слов, женщина растворилась среди островков столиков и чада сигар.
– Сэпи, пасть прикрой, хуй влетит.
– В смысле, нахуй? Ебать, это чё за соска?
– Куда ты смотрел, олух? – Хома уже неприкрыто смеялся над Инспектором, охваченным приступом спермотоксикоза.
– В смысле, куда? На её огромный кардан и сочные сиськи, конечно!
– Да уж, это реально всё больше походит на курсы повышения квалификации для дегенератов. Сэпи, в наш век женщине стоит смотреть не на кардан, а на член.
– В смысле?..
– Чтобы убедиться, что этот самый член не выпирает из-под юбки. Это был Мастер-сержант Айет. Был. Уже давненько мы зовём его Айета. Она – ключевой связной в Квартале Членодевок. Ни один гнилой пролапс не ускользнёт от неё.
Лицо Инспектора приняло выражение ритуальной маски из Пограничья. Казалось, он был готов очистить свой желудок от содержимого.
– ЕБАТЬ, ЭТО МУЖИК БЫЛ?! О-ХУ-ЕТЬ...
– Я уже говорил: не суди книгу по обложке. Это Отдел Нравов Главного Отдела Кайдории, парень. И это малая толика странностей и безумия, которой подвергнуты его сотрудники, – Хоммиус подозвал пробегающую мимо девушку. – Два виски.
– Я не пью ви...
– Теперь пьёшь, – Хоммиус прервал Инспектора на полуслове не терпящим пререканий тоном и нервно подкурил самокрутку. – Будучи знаком с Лейтенантом, я уверен, ожидать его придётся не менее часа. Так что чилль.
– А чё, нельзя быстро решить вопрос? Или сообщение ему написать? По голограмме попиздеть? На кой хуй мы туда-сюда таскаемся, мы чё, в восемнадцатом веке?
– Местная этика, всё решается с глазу на глаз, – пожал плечами Хома. – Вообще, это наша последняя возможность отдохнуть в ближайшее время. Я надеялся быстро раскрыть дело и отправить на солевые плантации какого-нибудь невменяемого бомжа из Отстойника, где местные обитатели с удовольствием нафаршировали бы его очко пачкой спидозных надроченных залуп, но даже после неполной информации от Сизарро я вынужден признать... Мы попали в мощный круговорот дерьма.
Принесённые официанткой-рядовой роксы с виски начали покрываться конденсатом.
Глубоко затянувшись, Хоммиус протянул цигарку Инспектору: – Угостить?
Секунду Сэпи колебался, но принял босяцкий подгон Детектива.
– Ебать ты душишь, чел, – Инспектор закашлялся после затяжки.
– Я привык быть готовым к худшему. Бытие всегда норовит подкинуть очередное разочарование. Особенно в нашей профессии. Ты – чугунный сарай, а жизнь – блядский плазмомёт.
***
Час ожидания превратился в два, а пара бокалов виски в половину бутылки. Хоммиус погрузился в свои мысли, Сэпи возбуждённо глазел по сторонам и фотографировал всё на галафон.
Наконец, рядовая-официантка пригласила офицеров на аудиенцию к Лейтенанту.
Кабинет Лейтенанта буквально парил в воздухе под матовым чёрным потолком. Из подлетевшей к своеобразному причалу комнаты с довольной миной вышел упитанный мужчина средних лет с обширной залысиной и похмельной щетиной. Он был облачён в блестящие туфли из питоновой кожи и льняной костюм жёлтого цыплячьего цвета.
– Детектив! – невыносимо растягивая слова, человек с достоинством протянул Хоммиусу руку, на запястье которой висели невообразимо дорогие золотые часы. – Сколько лет!
– Здравствуйте, господин Жёлтый, – Хома сухо ответил на рукопожатие.
– Вижу, из-за меня вам пришлось ждать, прошу прощения, мы с Лейтенантом обсуждали крайне животрепещущие вопросы, – Жёлтый загадочно заиграл бровями. – Как-нибудь загляните ко мне в клинику, оформим вам обслуживание по высшему разряду, естественно, всё за мой счёт!
– Обязательно, – деланно учтиво кивнул Детектив.
– Ловлю на слове! – лучезарно улыбнувшись, человек откланялся и, покачиваясь, поплёлся к выходу.
– Чё это за еби́ла? – Инспектор ткнул пальцем вслед мужчине.
– За базаром следи. Жум Жёлтый, основатель сети «Апгрейд».
– Ебать, это же один из богатейших людей Империи!
– Ага. В молодости поднялся на торговле органами. Потом нашёл себе кучу мозговитых омеганов на зарплату и снабжает всю Империю имплантами. Башмаки не его производства, случайно? – Хома кивнул на ноги Инспектора.
– Не, это для плебсов, у меня всё под заказ из Пограничья, – Сэпи с понтом постучал сочно зазвеневшими имплантами. – Почему Жёлтый, кстати?
– Совершенно ёбнулся на уринотерапии – древнем искусстве врачевания мочой. Вечно мандит про близость к корням и так далее. Ебанько, короче.
Офицеры вошли в кабинет. Блики мерцания из зала пробивались сквозь неплотно задёрнутые шторы, обрамляющие витражные окна с серебряными каркасами, а пара старинных громоздких торшеров тускло освещала убранство комнаты, что вместе с постоянным перемещением в пространстве создавало фантасмагорическую игру теней.
В серебряных рамках на стенах висели курительные приспособления всех форм и размеров: от древних трубок забытых племён до высокотехнологичных испарителей наркотических масел.
Облокотившись на глубокое серебряное кресло, обитое карминовым шелком, стоял коротко стриженный мужчина возраста Великого Шичибукая с бородкой-коробом. Его костюм-тройку из плотного сатина винного цвета пронизывали серебряные нити, как и шнурки его невыносимо начищенных туфель. Пальто с погонами Лейтенанта висело на его плече.
– Лейтенант Купаж, – Хома сдержанно поприветствовал мужчину.
– Детектив Хоммиус, Инспектор Сэпфиро, – из носа Купажа вырвался пар от электронной сигареты.
– Я Сэпифро, – Инспектор явно был удивлен тому, что Купаж назвал его по имени.
– Совершенно неважно как вас зовут, молодой человек. Присаживайтесь, – за спинами офицеров материализовалась замшевая софа. – Желаете выпить?
– Мы достаточно выпили, в смиренном ожидании вашего драгоценного внимания, – Хома едко посмотрел в зеленоватые глаза Лейтенанта.
– Друг Хоммиус, я изменил регламент моих сегодняшних встреч из-за бо́льшего, чем следовало бы, уважения к офицерам из других Отделов. Мое время действительно очень ценно, – голос Купажа изменился и наполнился истеричными нотами, а из пор кожи на пол закапала зловеще-кровавая аура.
– Из-за солевого мудотяпа Румпеля я проебал возможность накрыть ансамбль пидорасов, который не хочет играть по нашим правилам, а теперь мне пришлось клянчить у Жума Жёлтого выходы к этим тухлодырым блядисткам! Купаж тяжело затянулся сигаретой и успокоился, удручённо покачав головой: – Дело, которое я вел полгода, практически развалилось из-за простейшей человеческой слабости.
– Ворона говорит, что ворон чёрен, – усмехнулся Детектив.
– Ворон ворону глаз не выклюет, – парировал Лейтенант. – Да, я тоже человек, а человек подвластен страстям. Главное мое отличие от вас всех заключается в том, что страсти – мой хлеб насущный. Давайте прекратим пустую полемику, что там у вас?
– Прекратим, ведь ваше время действительно очень ценно, – Хома с издевательской интонацией повторил слова Лейтенанта и вывел проекцию, – Сизарро не смог расшифровать формулу. Cчитает, что это наркотик. Ни одна база данных со времён Дрочерской Войны не содержит упоминаний о чём-либо подобном. Поэтому мы очень надеемся на ваши обширнейшие знания в этом вопросе.
– Вы будете должны мне Услугу, вы же в курсе этого правила?
– Да, я в курсе.
Купаж около минуты всматривался в голограмму: – Без понятия.
– Это прикол?! – от возгласа Хомы по кабинету повеяло холодом.
– Вы не поняли. Не знаю Я, но знает Оно, – кабинет причалил и Купаж стремительно направился к выходу.
– Да что это за ёб твою мать? – даже Сэпи едва поспевал за Лейтенантом.
***
Офицеры вышли в коридор с тремя дверьми. Лейтенант капнул на дверную ручку первой из них аурой из пальца, послышался щелчок замка.
– Возьмите, – Купаж вручил Сэпи по-праздничному упакованную коробочку.
Сэпифро вопросительно взглянул на Лейтенанта.
– Вы всё поймёте. Совет: не паникуйте. Вперёд, – Лейтенант подтолкнул офицеров к входному проёму.
Детектив и Инспектор шли по опустевшему помещению, напоминавшему палаты психиатрической больницы. Мягкие стены были исписаны нечитаемыми надписями цвета ржавого железа на непонятном языке.
Через несколько десятков шагов Хоммиус внезапно испытал иррациональный страх.
– Сэпи, ты это чувствуешь?
– Да. Охтыжблядь! Гляди! – Инспектор с ужасом в глазах показал на перекрёсток проходов впереди.
По помещению начала растекаться тяжёлая тёмная аура, подобная кровавой ауре Купажа. Монструозно огромный алый безкожий гигант степенно выплывал из-за угла, с каждым глухим шагом издавая протяжные хрипы.
– ЧТОЗАЭТОНАХУЙТАКОЕ! – импланты Сэпифро начали издавать низкий гул.
Гигант повернул голову на звук. Его полностью чёрные остекленевшие глаза не показывали ни малейшей эмоции.
–
ВЫ. ПРИНЕСЛИ. ДАРЫ? – алая туша неумолимо приближалась к офицерам.
– Коробка! Отдай ему!
Сэпи протянул коробку деформированной куче мышц. Великан аккуратно сорвал упаковку и открыл подарок, достав из него мешок разноцветных таблеток d-лизергиновой кислоты.
–
СЛАДОСТИ. ВКУСНО, – таблетки отправились в разверзнутую острозубую пасть. –
ЗАЧЕМ. ПРИШЛИ? – Лейтенант Купаж отправил нас сюда. Сказал, что Оно поможет, – Детектив начал задыхаться, жуткая аура сдавливала его горло.
– Я. И. ЕСТЬ. ЛЕЙТЕНАНТ, – чудовище немного уменьшилось в размерах, а дышать стало легче.
– ЧЕМ. ПОМОЧЬ? Хома, постепенно отпускаемый первобытным страхом, судорожно показал гиганту проекцию: – Что это?
В глазах великана проявилась зеленоватая радужка Лейтенанта. Свирепая морда озарилась блаженным восторгом.
– ШАЛФЕЙ. ПРЕДСКАЗАТЕЛЕЙ.– В архивах нет ни одной записи, где его отыскать?
– ТАМ. ГДЕ. МЕРТВА. ИМПЕРИЯ. ТАМ. ГДЕ. СОЛНЦЕ. ВСЕГДА. СИЯЕТ, – чудовище, назвавшее себя Лейтенантом, село в позу лотоса и умолкло.
– Степь, – прошептал Хоммиус.
– ПЕРЕДАЙТЕ. МОЕМУ. Я. РУМПЕЛЬ. УНИЧТОЖИЛ. ДАРЫ. ОН. ДОЛЖЕН. МНЕ. УСЛУГУ. – Конечно, благодарим вас! – Хома зашипел на Сэпи. – Пиздуем отсюда быстрее!
Офицеры сломя голову выбежали в хорошо знакомый коридор. Лейтенант Купаж сидел на корточках, прислонившись к стене, и курил.
– О, вы живы. Я не сомневался. Ответ получен?
– Что это нахуй было, злоебучий ублюдок? – свирепо выплюнул Хома, температура вокруг резко опустилась.
– Осади, друг Хоммиус. Ты уверен в своих силах? – ироничный, но твёрдый взгляд Купажа пресёк Детектива от неисправимой ошибки. – Вам не угрожала опасность. Оно не причинит зла приносящим дары. За редким исключением.
Лейтенант выпрямился и поправил костюм.
– Я рад, что ваш визит окончился успехом. Что Оно сказало?
– Что наркотик – некий Шалфей Предсказателей. Что Сержант Румпель должен ему Услугу. И что Оно и есть Лейтенант.
– Шалфей... Сальвинорин. Редкая дурь, я знаком с ним не понаслышке... Немудрено, что он не упомянут в архивах. Лишь самые древние шаманы Степи и Пограничья помнят о нём. Я вижу, великий Детектив догадался, – Купаж ехидно ухмыльнулся. – Румпель потерпит своё наказание. А что до последнего... Оно право.
– Раздвоение личности? Понимаю, – в словах Хоммиуса было слышно желание подковырнуть Лейтенанта. – Пора бы и вам обратиться к специалистам.
Из глаз Купажа потекли кровавые слёзы, а коридор начал неумолимо сотрясаться: –
Чтобы стать цельным, ты должен разделиться. Мне не нужна помощь... Детектив, ты – ничтожество, конченное говно, твоя жизнь – говно, ты – срань-хуйня, ты – ничего, блядь, твои достижения – это возня червя ёбаного в говне, ты понял?! Ты – говно и ничтожество, срань. ТАК. И. ВОСХИТИСЬ. ЭТИМ. БЛЯДЬ. ЁБАНЫЙ. ТВОЙ. РОТ. Купаж вновь затянулся электронкой, и слёзы испарились.
– Я скажу вам кое-что на выходе. Искренне желаю удачи с вашим делом, – вторая дверь захлопнулась за спиной главы Отдела Нравов.
– Теперь я уловил суть твоих слов про особенную атмосферу, Детектив, – Инспектор вытер со лба холодный пот.
– Вышло не так гладко, как я бы того хотел, но у нас есть зацепка. Позвоним Сизарро из служебной гравичепырки.
На выходе из здания на ковровой дорожке сидел облачённый в кирпичного цвета робу мальчик, преграждая путь. Один его глаз пристально впился в Хоммиуса, а второй был закрыт и сквозь дыру в робе виднелся на животе. Офицеры остановились.
– Чёрный меч разрежет небеса. Голубой дым рассеется. Перед третьим актом прежний герой сгорит, а из его пепла возродится новый, – громкий низкий недетский голос срезонировал от украшенных стен.
– Будьте бдительны. Никаких Услуг. Я освобождаю вас от долга. С этими словами мальчик превратился в кровавую лужу и утёк сквозь щели в камне к порогу третьей двери.
– Меня начинает напрягать эта мистическая хуйбала, Детектив.
– То ли ещё будет, – похлопав себя по упитанным щекам, Хоммиус вышел из Отдела Нравов навстречу стеклянному дождю.
Голосование